Oh my God!..

Весьма эмоциональная барышня:)

Доколе?

Соревнования на реке Партизанская, посвященные закрытию водного сезона 2011 года, оставили неприятный осадок. Что касается «катамаранной» части соревнований нареканий в принципе не вызывает. Хотя с судейством опять было не совсем гладко – невесть откуда взявшиеся штрафы, в том числе и полтинники, удивили не один экипаж и вызвали волну обоснованных протестов. Организаторы соревнований видимо предполагали нечто подобное и потому организовали видеосъемку прохождения трассы каждым экипажем, за что честь им и хвала.

Однако в каякерских заездах мы столкнулись с уже ставшим обычным пренебрежительным отношением. Итак, по порядку:

1. Каякерские соревнования проводились на дистанции водная–катамаран-2 0840181411Я, хотя в положении оговорено, что для каякеров предусмотрена собственная дистанция–водная–каяк 0840151411Я;

2.   Отсутствие видеосъемки прохождения (уж если снимали катамараны, то будьте последовательными и отснимите каяки, дабы избежать пересудов);

3.  Обработка результатов каякерских заездов производилась вплоть до церемонии награждения, то есть отсутствовала возможность опротестовать результаты, указанные в протоколе;

4.    С протоколами участники соревнований смогли ознакомиться только через четыре дня.

В результате липовые «пятерки» на воротах получили многие, а некоторые были страшно удивлены отсутствием оных у себя. Но все это было неважно, потому, как соревнования закончились, победители назначены и награждены и зачем бить себя крыльями по корпусу, когда поезд ушел? С чем связанно подобное пренебрежительное отношение к каякерской братии Приморского края, я затрудняюсь ответить. Может быть, мы недочеловеки и в подметки не годимся остальной прогрессивной части туристов-водников? А может нас слишком мало и с нами вообще считаться не стоит? Тогда уж будьте честными и не пишите в регламенте «дистанция–водная–каяк 0840151411Я». Организаторы могут сказать что-то вроде «Не нравится, делайте сами», но ведь на то они и организаторы, чтобы организовывать.

P.S. А вот в провинциальном Арсеньеве не посчитали зазорным переустановить трассу для каякеров и судейство осуществлялось на том же уровне, что и для катамаранов. 

Ван-Чин

Действующие лица:

Александр Матвейчук – Dagger Nomade

Сергей Кузнецов – LL Jefe

Иван Кузнецов – WS Diesel 70

Александр Грекин (он же Кроха) – LL Jefe Grande

Максим Тельманов – Prijon machine

Александр – ГАЗ-66

Выезд был назначен на 10 сентября. Числа с 6-го (т.е. с того момента, как мы с Матвеем определились, что идем) мы усиленно выносили мозг окружающим, с целью привлечь как можно больше народа из Арсеньева, но народ проявил большую устойчивость к уговорам, соблазнам и откровенной лести, прикрываясь «важными» и «абсолютно неотложными» делами. В общем, поехали вдвоем.

В отличии от коллег из Владивостока мы выехали не 10 утром, а 9 вечером. Причина столь раннего выдвижения заключались в следующем – дорога, по которой мы собирались проехать, была неизвестна мне и смутно представлялась Сане, но Саня фразой «Не сцы, прорвемся!» рассеял все мои дальнейшие сомнения по этому поводу. К тому же, мы не могли отказать себе в удовольствии приехать чуть пораньше и поспать чуть подольше.

Всю дорогу, проезжая через какую-либо речку, мы усиленно тянули шеи и пучили глаза, силясь рассмотреть уровень воды. Уровень воды в реках Анучинского и Чугуевского районов обрадовал нас настолько, что стекла в surf 'е начали дрожать от радостных воплей, а водители встречных машин шарахались на обочину, видя отчаянную жестикуляцию и наши остекленевшие глаза. Стало ясно – тайфун Талас прошелся здесь, как Мамай по борделям и оставалось надеяться, что не обделил и Ольгинский район.

Пожрали в Чугуёвке, вкусно и дешево, кроме того зарядили камеру и телефон. Пока набивали утробу, слушали лекцию официантки на тему «Манты, какие они должны быть», девушка либо действительно много знала, либо обладала мощной фантазией. В любом случае, лекция получилась увлекательной и способствовала пищеварению. В свою очередь мы поведали ей про горячие бурятские позы (те же манты, только слеплены иначе). Сошлись во мнении, что как пельмени не назови, они все равно остаются пельменями, на этом распрощались.

После заявления Матвея «Все, дальше я дороги не знаю» мы тормознули у дорожного указателя, где было написано «ЛАЗО 58 ←». Вроде все ясно, но шестое чувство верещало так, что хрен заткнешь, как оказалось не напрасно. Навстречу выехала вахтовка и повернула на Медвежий Кут, тут же было принято решение идти на перехват, тормозить, пытать, но выяснить в чем подвох. Водила был в благодушном (грамм 300 в водочном эквиваленте) настроении, охотно махал руками, указывая направление движения, напоминая при этом регулировщика с америкосовского авианосца (ну которые самолеты запускают). Как выяснилось, если ехать через Ясное есть шанс утопить(!!!) surf’а, поэтому лучше в объезд, по лесовозной дороге. Саня записал маршрут движения на подкорку и продолжил крутить баранку, перевозбуждено повизгивая в предвкушении большой воды. Лично я был настроен более пессимистично и предвкушал скорее героическую погибель в «Чертовом мосте» и застолье без моего участия с активным поеданием киселя.

Несмотря на четкие указания, все равно слегонца промазали мимо поворота на перевал. По этому случаю, мы тормознули микрогрузовик, от грузовика густо воняло солярой, от водителя этанолом. Водитель уверил, что дальше поворотов на Лазо нет. Прогундев дежурное «От души, братан, выручил! Удачи!» повернули назад и остановили машину рядом с поворотом, который очень живо напомнил «Сайлент Хилл», «Поворот не туда 1,2,3» и еще кучу похабных ужастиков. Однако дорога оказалась вполне приличной и местами даже хорошей. Мой внутренний мир безмерно радовали многочисленные ежики, перебегающие дорогу. Видя мои восторги по поводу этих великолепных животных, Санчез тормознул машину у очередного (третьего, по-моему) представителя семейства ежовых. Ежик обрадовался мне меньше, чем я ему, фыркнул и свернулся клубком. Подивившись, в очередной раз, больной фантазии японских аниматоров, умудрившихся назвать синее панкующее нечто «Соником супережиком», мы продолжили движение и беседы на отвлеченные темы. Чем дальше, тем сильнее наше путешествие напоминало «Camel (Hedgehog?) Trophy», но вскоре мы выехали на асфальт, а затем и на разъезд Лазо – Находка. Увидев, сколько км осталось (точно не помню, что-то около 60), Санек оправился прямо на дорогу. Короче, в Лазо мы приехали в 03.00. Учитывая то, что в Арсеньеве заправились под жвак, весь путь до Лазо обошелся в 1 килорубль. В баке плескалось литров 10-12, а впереди была дорога до Милоградово (70 км) и обратный путь. Мерзкое земноводное наложило свои перепончатые лапы на наши шеи и начало методично душить… Но деваться было некуда. Тем более что проблемы денежные быстро уступили место проблемам насущным - желудок прилип к спине, шторки падали на глаза, и мы ринулись удовлетворять первичные потребности.

В поисках еды изъездили весь поселок и были сильно удивлены насколько бурная в нем ночная жизнь, весь цвет местного гопничества был сосредоточен у единственного круглосуточного магазина и, по совместительству, ночного клуба. Было проведено заседание, в ходе которого выяснилось, что «спортсмены гопников не боятся», однако мы «не настолько голодны, чтобы получить по передней части головы» и что «все равно с утра захочется есть», и вообще «на ночь кушать вредно». Припарковавшись у закусочной напротив музея, Саня свил себе гнездо из подручных средств (коврики, спасики и т.п.), а я просто залез в спальник, откинул спинку кресла, закинул ноги на руль и уснул. Ночь прошла спокойно, однако в непосредственной близости от нашей анабиозной капсулы прошел поединок между аборигенами в пьяном стиле. Я смог насладиться только акустической составляющей поединка т.к. стекла запотели, а вылезать из спальника, даже частично, не хотелось. Саня спал настолько крепко, что узнал о происшедшем только из утренних новостей. Проснулись полдевятого. Лазо утром разительно отличался от Лазо ночью – на улице не было ни души. Тут же появилась теория, по которой выходило, что поселок населен исключительно упырями и с третьими петухами они разбегаются по могилам. Заехали в магазин за продуктами в раскладку, фантазии хватило только на сублимированную лапшу и сникерсы. В качестве ответа на вопрос «А у вас есть, что-нибудь из пирожков?», продавец послала нас на… другую сторону дороги, где находился хлебный магазин. Купили беляш, гамбургер и кофе. Гамбургер, по сути, являлся тем же беляшом, только вскрыт по периферии и его внутренности были обильно нафаршированы корейской морквой в маянезике. Пожрали (наконец-то!!!) и решили вернуться к музею. На подъезде на нас начали показывать пальцами и корчить рожи, а затем показывать в сторону музея, дескать, там такое (машина с лодками) уже есть, из всего этого мы сделали вывод, что коллеги прибыли и ждут нас. Догадка блестяще подтвердилась – напротив музея стоял хрюн (Honda HR-V) с тремя каяками на крыше. Из хрюна влезла троица, вследствие чего клиренс машины увеличился сантиметров на пять. Троица состояла из Сереги, Крохи и Макса. Поприветствовав нас, троица завалилась в закусочную, отчего мне стало очень жалко подвеску хрюна. Пока вновь прибывшие поглощали первое, второе и чай, мы внаглую дозаряжали камеру, ну и попутно обсуждали вопросы дальнейшего продвижения и раскладку. Гастрономические фантазии Сереги, Крохи и Макса оказались гораздо извращеннее наших и раскладка пополнилась картошкой в стаканах, тушенкой, хлебом и майонезом. Вывалившись из закусочной, Серега проговорил что-то типа «Nach osten», чем спровоцировал продолжение пути.

Дорога на Милоградово была очень живописной, но очень пыльной. По пути попадались наспункты, фауна которых безмерно радовала уже Сашкин внутренний мир и заставляла радостно кричать «Хрюшки!!!» Когда же мы добрались до Милоградово, оказалось, что данное место не обслуживается такими операторами сотовой связи как Мегафон и Акос. Кроха тут же вылез из машины и начал рейд по Милоградово с вопросом «Есть телефон позвонить?» Внушительные габариты и вкрадчивый голос позволили Крохе решить проблему со связью в считанные минуты. Связались с Александром, водителем ГАЗ-66, который должен доставить наши тушки на Ван-Чин. Александр сообщил, что уговор в силе и объяснил, как проехать к его фазенде. Пока мы разгружали лодки и грузили их в 66-ой, произошел казус - лодку Матвея пометил местный пес, выражение глаз которого заставляло задуматься, а не страдает ли животное запором. Когда с разгрузкой/погрузкой было покончено, Александр предложил поставить одну из машин к нему в гараж, но только потихоньку, потому как у него «3,14зденыш спит». Пока surf’a ставили в гараж, Серега шепнул мне, что «сей чадолюбивый отец просто сочится нежностью», а Кроха сообщил, что чувак просто «привык называть вещи своими именами», например, мужа своей сестры он именует «сестро…бом», причем абсолютно спокойно и беззлобно.

Поинтересовались, правильно ли уложили каяки, Александр ответил, что дорога не ахти и в процессе движения каяки улягутся наилучшим образом, вперемешку с нами. Стало немного жутко. Кроха предложил кому-нибудь из нас занять место в кабине. Зная Кроху, все вежливо отказались. Как оказалось, подвох со стороны Крохи заключался в том, что после его вежливого предложения отпадут претенденты на место в кабине, ожидая от него подвоха. Заняли места в кузове, вкогтились в борта и следующие 2-3 (по ощущениям) часа проявляли чудеса эквилибристики, уклоняясь от веток и катаясь по всему кузову. Пятая точка немилосердно болела от града сыпавшихся на нее ударов, ребра хрустели, периодически раздавался истошный визг, означавший, что кто-то в очередной раз прищемил гениталии, хит-пойнты стремительно таяли, истеричный хохот сопровождал шайтан-арбу всю дорогу. Когда мы немного освоились и успокоились, Александр заявил «Че-та пацаны заскучали» и врубил следующую передачу… К слову сказать, хитрый Кроха путешествовал весело и с комфортом. Происходившее в кабине напоминало кукольный театр – Александр выпуская руль, что-то объяснял на пальцах, Кроха отвечал ему тем же. Впечатление театра усугублялось занавесками по краям окошка. Между тем 66-ой продолжал движение и с равным успехом карабкался в гору, скатывался с нее, устраивал заплыв по лужам и время от времени глох, давая нам тем самым небольшую передышку и возможность подержаться за отбитые места. Лишь единожды мы были благословлены 15-ти минутной остановкой. Остановка была связана с кордоном, кордон был связан с администрацией заповедника, администрация имела профит с проезжающих на заповедную территорию. Пока Кроха уединялся с ответственным за шлагбаум, мы бегали по травке и радовались жизни, впрочем, бегали это громко сказано, скорее передвигались. На кордоне был домик, плакаты, две собачки и солнечные батареи, все это мы внимательным образом изучили и после заполнения бумаг, придавших рэкету законный характер, снова залезли в кузов.

Пытка бездорожьем закончилась на поляне, которая расположена над водопадом «Чертов Мост» (он же Милоградовский – самый большой по расходу водопад в Приморье). Представители святой инквизиции вылезли из кабины и сообщили «Приехали, ...ля». Экипаж кузова, гремя половинками копчика, ссыпался на травку и начал разгрузку. Разгрузившись, поскакали смотреть на водопад. Беглого осмотра с левого берега хватило Сане, чтобы заявить со всей ответственностью, что он его пройдет хоть сейчас. Команда убедила Саню, что «хоть щас» не стоит и предложила для начала размяться на более простых порожках. Матвей нехотя согласился. Залезли на скалу, которая возвышается над рекой, посмотрели вниз и по сторонам, сошлись во мнении, что красиво.

По плану мы должны были оставить лагерное барахло и берло на поляне, а сами с лодками и в водной снаряге совершить марш-бросок к так называемым «розовым» порогам. Марш-бросок закончился метров через 500, у порога «Косой». Посмотрели, по нашей воде (да, совсем забыл, воды-то оказалось воробью по... хм, пусть будет по щиколотку) он не представлял ничего сложного или особо интересного. Интересной была лишь бочка и камушек, который торчал прямо посередине. Выше по течению виднелось нечто напоминающее порог, побежали смотреть. Нечто оказалось скальным коридорчиком с «бурунчиками». Вздохнули и потараканили каяки к началу коридорчика. Проехали коридорчик, «Косой» (Серегу там даже немножко в бочке подержало), прокатились со скалы. За нашими покатушками наблюдала группа юных и не очень натуралистов. Они громко щелкали фотоаппаратами, перешептывались и не шли на контакт,  вероятно считая нас красивой, но опасной разновидностью земноводных. По-крайней мере я себя чувствовал, как в зоопарке, не хватало только экскурсовода, вольера и таблички «Не кормить».

Откатав произвольную программу на пороге «Вилка», зачалились перед водопадом на правый берег. С правого берега «Чертов мост» показался мне пострашнее, чем с левого. Матвей был готов прыгать, Кроха и Макс заявили, что прыгать не будут, мы с Серегой тактично колебались. Со сложным порогом все обстоит также, как с любовью и костром – результата не будет, пока пару палок не кинешь. Саня кинул, определив, таким образом, точку захода, оптимальную линию движения и опасные места. Медитировали минут сорок. В итоге Саня, Кроха, Макс остались при своем мнении, я склонялся к тому, чтобы идти, Серега к тому, чтобы не идти. Следующие минут 15-20 уговаривали Матвея прыгать завтра, поскольку время уже позднее, все устали с дороги, лагерь надо ставить и т.п. Матвей повелся только на аргумент «для качественной фото/видеосъемки уже слишком темно». Поужинали. После ужина побежали с Саней подроч…, в смысле посмотреть на порог еще раз. После этого мероприятия я решил для себя, что точно пойду и упал спать. Ночь прошла спокойно, только около 23.00 Максимка подорвался с воплем «Ребята подъем, пора уже!!!», Максу объяснили, что он не прав и уложили спать.

Утро 11 сентября 2011 года выдалось погожим, но холодным. Оперативно позавтракали, повалялись и принялись собираться. К моменту, когда солнце поднялось достаточно высоко, чтобы наиболее выгодно подсветить водопад, у нас уже все было готово – все были в водном, точки съемки и страховки определены, венки заказаны… Кроме Сани и меня к прохождению готовился Макс, успевший за ночь «переобуться». Сашка, как наиболее опытный из нашей группы, шел первым. Я вооружился выброской, Серега фотоаппаратом, Кроха и Макс – видеокамерами. Саня просигнализировал, что готов, получил «добро» и начал движение. Маленькая ступенька перед сливом оказалась коварнее, чем мы думали, и Сашку немного подкусило, однако он вышел на опоре и уверенно вошел в порог. Вошел именно так, как и хотел – по желобу, затем выехал на гребень и красиво забуфил, пролетев над водой метра 2-2,5. По окрестностям разнесся радостный вопль, означавший, что препятствие взято. Нарезав пару кругов по улову, Саня встал на страховку, а я занял место в каяке. Контрольная отмашка и я уже гребу в направлении водопада. Подкусило, в том же месте что и Саню, также вышел на опоре. Разворачиваюсь в улове и начинаю разгон, весло проскальзывает по плите, мелко. Иду чуть правее, чем Санек – некритично, все равно залезу на гребень. Залез, кидает влево, даю крен, ставлю опору справа. Удар, перед глазами пена, сильный рывок вперед. Все порог пройден!!! Ура!!! Буря эмоций, трибуны ликуют.

Теперь оставалось только дождаться Максимку. Весь вечер Матвей объяснял траекторию захода и чем чревато отклонение от нее, но у Макса было на этот счет свое мнение – зайти как можно правее. Соответственно он пошел так, как считал правильным и ошибся. Под матерные вопли Саши его поставило лагом, и с гребня он съехал уже кормой вперед… Опора справа, удар, треск и вот он рядом с нами, ликует, смеется, пытается грести и облом – правая лопасть висит на нескольких волокнах кевлара. Каякерское весло AT2 Standart New (16,830 р. между прочим) за две секунды превратилось в канойное, чем я не преминул воспользоваться и тут же опробовал его в новом качестве. Понравилось. Максу понравилось не очень, но все равно, весь остаток пути он греб именно им и ни в какую не соглашался сменить его на запаску.

Расфасовали вещи по каякам (лучше всего получилось у Макса – он умудрился запихать в Prijon Machine все свое барахло) и покатили дальше. Проехали порог «Медвежий», остановились у притока Разбойник, на котором навестили водопад и дружно вздохнули, что воды маловато для прыжка. Как известно, white water kayaking можно разделить на два основных направления: big volume (он же бурноводинг) – сплав или фристайл на реках с большим расходом воды и creeking (камнежопинг) – сплав по крутопадающим рекам с малым расходом. Так вот у нас был явный камнежопинг, причем в самом жестком виде – воды было мало, камней много. Как назло, камни были чрезвычайно острыми, и объехать их зачастую не представлялось возможности, поэтому за нами оставался цветной след из полиэтиленовой стружки. Прогонные участки стали для нас настоящей пыткой, приходилось периодически бросать весло и, царапая ногтями камни, протаскивать себя вперед.

На ночевку встали в живописном каньончике, по левой стороне которого проходила дорога. Пока ставили лагерь и собирали дрова, выяснилось, что вокруг огромное количество грибов. Насобирали много и разных, но приготовили исключительно белые. После ужина прогулялись с Матвеем вниз по течению, посмотреть, что и как. Каньончик изобиловал препятствиями, сложность которых варьировалась в зависимости от уровня воды. По нашей все они, соответственно, были предельно простыми. Но используя толику воображения, можно было вполне представить, во что превратятся безобидные плюшки, если вода будет хотя бы средней. Наш воспаленный коллективный разум посетила идея, а не устроить ли здесь каякерский фестиваль. Все преимущества налицо – не очень далеко, дорога вдоль реки, изобилие препятствий и в любой момент можно связаться с местными, дабы узнать уровень воды. Как бы то ни было, но все это не раньше следующего сезона.

Следующий день не предвещал ничего особенного, кроме заключительного на реке порога. Согласно одному мнению он называется «Труба», согласно другому «Спутница», какое из них верное затрудняюсь ответить. Порог представляет собой продолжительную узость с двумя сливами и чрезвычайно острыми камнями, на входе лежит бревно. В самом узком месте ширина чуть более 1,5 метров. Сашка и я шли в авангарде. С наплыва нам показалось, что через бревно вполне можно проехать, но только показалось. Сашку навалило на корча и начало переворачивать, каким-то чудом он сумел не только не перевернуться, но и вскарабкаться на бревно. Я расклинился между двумя камушками и стал ждать остальных. Повторять подвиг Сани не хотелось. Секунд через пятнадцать юбка напомнила мне, что она не создана для того, чтобы полностью исключать подтекание. Тонкий ручеек, стекавший от коленки в район паха, необычайно бодрил и активизировал мыслительный процесс в поисках выхода из сложившейся ситуации. К счастью, вскоре подошли остальные и выдернули меня на берег. Между тем, Матвей съехал с бревна и ушел в порог кормой вперед. Прошел успешно, подтвердив тем самым постулат о плавучести отходов жизнедеятельности. Следующим смайнался Макс, правда, не столь удачно – ударом о камень раскрыл нос Prijon'у. Наконец пришел мой черед, ударом о камень (похоже, о тот самый, о который раскрылся Макс) с носа каяка стесало приличный кусок полиэтилена, и остаток порога я думал не о прохождении, а о том насколько серьезно повреждение. Серега прошел без особых приключений, а Кроха вообще обнес половину трубы.

Минут через 30 мы выехали к точке выброски – большой, опрятной поляне по правому берегу. Перекинулись в сухое, просушили мокрое, пожрали, упаковали барахло и стали ждать Александра и его героический 66-ой. Пока ждали, осмотрели каяки на предмет наличия царапин и прочих повреждений. Любой мог похвастаться длиной и глубокой царапиной, а некоторые даже двумя или более. Камень в крайнем препятствии прошелся по носу моего Diesel'я, как нож по маслу, оставив характерную отметину. Вскоре приехал Александр и оперативно доставил нас в Милоградово. Разгрузились. Давешний пес с грустными глазами появился в опасной близости от моей лодки, однако попытка осквернения была вовремя пресечена, и каяк остался непорочным. Пока вязали каяки и распихивали вещи по рюкзакам, нам сообщили новость о том, что какой-то нехороший человек накидал гвоздей на участке дороги от Милоградово до Лазо. Матвей не хотел портить себе колеса и настроение, поэтому было принято решение ехать через Ольгу. У Сереги проблема выбора отсутствовала – другой дороги до Владивостока, кроме как через Лазо, не было. Прощальное фото и мы разъехались в разные стороны.

Эпилог

Короче, все остались живы, кроме Максимкиного весла. Домой вернулись 12-го сентября поздно вечером. Серега колес не пробил, да и мы доехали без происшествий. Водопад «Чертов мост» был пройден. Первая трезвая Приморская каякерская автономка с элементами первопрохождения благополучно завершилась.